Свобода уйти, свобода остаться - Страница 23


К оглавлению

23

Знал ли он меня в лицо? Очень сложный и очень важный вопрос, ответ на который позволит понять многое. Если нет, всё очень просто: мой внезапный интерес к содержимому корзин был отнесён на аристократическую блажь. А спорить с дворянином — себе дороже. Поэтому не стал меня останавливать и препятствовать иным образом. Но эта его улыбка... Если знал, что плохо выспавшийся и хмурый молодой человек со слегка опухшим лицом — Рэйден Ра-Гро, зачем позволил мне приблизиться и унюхать хэса? Из любопытства: смогу или нет? Исключено. Не выглядел дядя дураком, который стремится потерять разрешение на торговлю в Антрее из-за двух несовершеннолетних бродяжек. Ой, как мне не нравится вчерашний день... Совершенно не нравится. Надо будет, когда вернусь, покопаться в протоколах дела и выудить у ведущего его дознавателя все подробности относительно торговца рыбой, который с первого взгляда опознал во мне «благородного». Сдаётся мне, не только рыбой он промышлял за свою долгую жизнь. Ещё надо будет поинтересоваться дальнейшей судьбой девчонки: куда попала, под чьё крылышко, как младенчика устроили.

Да, надо будет. Но это всё потом, потому что первым пунктом в распорядке моей городской жизни будет составление описи пострадавшего имущества и ознакомление с протоколом дознания относительно причин пожара в Приюте. А с результатами отправлюсь прямиком к Калласу. Просить о щедром пожертвовании, разумеется. Dan Советник снова будет надо мной измываться... Ладно, о грустном пока забудем. Грустное у нас впереди. В лице необъятной daneke Амиры, которую я вынужден буду ублажать. Всеми силами и со всем прилежанием.

— Марш спать, полуночник! — кричит ма откуда-то из коридора.

Опрокидываю в себя содержимое кружки. Бр-р-р-р-р! Остывшее, переслащённое, жирное молоко. Сколько мёда она туда вбухала? У меня же внутри всё слипнется.

На мгновение сжимаю фитиль свечи большим и указательным пальцами. Огонёк гаснет, только настоящей темноты не наступает: в окна библиотеки заглядывает луна. Ещё не полная, но близкая к тому. Мягкий лунный свет окутывает всё вокруг таинственным мерцанием, которое кто-то назовёт мёртвенным, а кто-то — серебряным. Я отношусь то к первым, то ко вторым. Попеременно. В зависимости от настроения, которое у меня скачет от просто дурного к очень дурному и обратно.

Всё, цели наметил, вешки расставил, можно и на боковую.

Седьмой день месяца Первых Гроз

Ка-Йи в созвездии Ма-Анкин, два и три четверти румба к Солнцу, румб с третью к Лучнику. Домашняя Ка-Йи суетлива и обременительна, подобна матери, обожающей своих детей и оберегающей их от внешнего мира любой ценой.

Правило лунного дня: «Любой выбор — это не только твоя воля, это поддержка или предательство твоих богов.»

«Лоция звёздных рек» наставляет:

В целом благоприятная стоянка звёзд, открывающая пути к совершенствованию духа и тела, позволяет ощущать тихие шаги звёзд по дороге Судьбы, слышать голос прошлого в гомоне настоящего, помогает бороться со злом вокруг и, главное: со злом в себе. Важно одержать победу над собственным себялюбием и смирить воинственность, направленную вовне. Однако любое неосторожное действо или слово способно принести боль и печаль, потерю.»


Лунная излучина, поместье Ра-Гро,

утренняя вахта

Оказывается, я совсем забыл, каково это: просыпаться на природе. Ну, не совсем на природе, конечно, в четырёх стенах, но стенах, за которыми шумит самый настоящий непроходимый лес. Еле глаза продрал, хотя и лёг рано, и спал без сновидений, крепко и беспробудно. А матушка уже нетерпеливо понукает:

— Пей молоко и пойдёшь в огород!

— Куда?

Я настолько ошарашен второй частью фразы, что забываю о смысле первой, и уничтожаю кружку парного молока за один присест.

— В огород, — повторяет Инис.

— Зачем?

— Тебе же нужно хорошо пропотеть, верно? — зелёный взгляд исполнен кокетства.

— Ну, в общем... А причём тут...

— Нет ничего лучше физического труда на свежем воздухе! — победно провозглашает ма.

По большому счёту, я с ней согласен. Но только в теории, потому что на практике обычно получается наоборот. И этот раз исключением не стал: меня снабдили лопатой и неконкретным наставлением из разряда «там, за рядком яблонь, пара полосок... ты дёрн сними, и перекопай: как раз хватит, чтобы вспотеть». Но поскольку матушка, как человек истинно военный, привыкла выстраивать несколько линий обороны сразу, она не удовлетворилась одной лишь отправкой меня на полевые работы и заставила надеть толстую колючую фуфайку, судя по запаху, связанную из собачьей шерсти (наверное, с наших овчарок и вычесанную). Учитывая, что погода с ночи стояла ясная, и ничто не мешало восходящему солнцу греть землю, поступок Инис выглядел по меньшей мере издевательством: я бы и так взмок. Без дополнительных средств. Но она сурово нахмурилась и властным жестом указала: марш вперёд. Можно было бы поспорить, только я так редко бываю дома, что считаю расточительным тратить время ещё и на препирательства с Инис. Раз не оправдываю ожиданий, не буду лишний раз расстраивать славную женщину, которая по-своему меня любит.

На то, чтобы вымокнуть с ног до головы, мне хватило полтора часа. Фуфайку можно было выжимать, косынку, которой я повязал голову, тоже. Для моих целей — достаточно.

Возвращаясь к крыльцу, громогласно возвещаю:

— Всё, ма, больше не могу! И кстати: у меня возникает смутное подозрение, что ту стерню до сегодняшнего дня вообще никто не...

23